cambria_1919 (cambria_1919) wrote,
cambria_1919
cambria_1919

Categories:

ГДЕ АЖУРНАЯ ПЕНА




Апрель не для пляжа.
Рано!

Впрочем, в старые времена на пляж ходили не на солнце жариться в трусах, а гулять и купаться.
Для этого годился и апрель.

В экзотические страны ещё не ездили: хлопотно, дорого, да и морская болезнь не шутка.
Потому процветали европейские морские курорты.
И не только на Лазурном берегу.



Бат. Брайтон. Торки.
Хайлигендамм.
Довиль (вот это многие помнят: па-да-ба-дабадабадам, «Мужчина и женщина» Лелуша).
Остенде.

Это прекрасно.
Свежий ветер и прохладные воды.
Влажный песок и неяркие небеса.
Пусть даже погода хмурая, всё равно стоит компанией расположиться на берегу.

Это курортники на пляже в том самом Довиле:



А если солышко всё-таки выглянуло из-за туч, можно перекусить, расстелив скатерть на песке:



И ведь всё это неуютное и прохладное считалось целебным.
В буквальном смысле.

Почему-то в XIX веке многое лечили холодными морскими купаниями.
Нервы в основном.
Но тогда многие болезни числились «нервными».

Диагноз Николая Гоголя до сих пор загадка – но он чувствовал себя больным всегда.
То желудок,  казалось ему, не с той стороны расположен, то руки холодеют (умирать пора), то ещё что–нибудь в этом роде.
Лечился дальними путешествиями в неудобных дилижансах.

Но когда писатель обращался к врачам, те сразу находили нервическое расстройство и прописывали «три месяца в открытом море, на о. Гельголанд, на Северном море».
И не в лодочке кататься надо было, а лезть в холодное море и закутываться в холодные мокрые простыни.

Лечение писатель принимал радикальное:
«Я как во сне, среди завёртывания  в мокрые простыни, сажаний в холодные ванны, обтираний, обливаний и беганий каких-то судорожных, дабы согреться. Я слышу одно только прикосновение к себе холодной воды, и ничего другого, кажется, и не слышу, и не знаю».

После такого лечения какое-то время всё прочее - по контрасту - казалось уютным и милым.
Ипохондрия отступала.
Потом снова тоска, снова страх смерти, страх болезни – и снова доктор.
Стало быть, снова море.
Естественно, Северное.

Остенде на сей раз:
«Море Северное производило на меня то, чего я никогда не чувствовал, купаясь в южном. Кожа после него горит, и чуть выйдешь из воды, как сделается уже жарко, как в бане. В воде сидеть не более пяти минут, чем меньше, тем лучше. Чем хуже погода, чем холоднее, чем сильнее ветры и буря, тем лучше, и выходишь из воды чёрту не брат».

Это первые впечатления Гоголя.
Даже восторженные. С некоторым оттенком стокгольмского синдрома.
Вроде бы началось закаливание, вроде бы Гоголь преодолел себя и послушно сидел в холодной воде – но таки курса не выдержал.
Сбежал.

Желающих просто для удовольствия купаться в такой воде было не так уж много.
Вот двое бодрых пловцов:



А это мастера спортивной гребли (дама в какой-то засаленной тельняшке, зато в юбке с атласными бантами):



Но чаще люди просто сидели в шезлонгах и на песке.
Бродили по пляжу.
Специально для курортников строили и длинные набережные-променады вдоль морского берега.

Дамы здесь нежились, глядя вдаль:



Когда погода стновится чуть лучше, можно снять перчатки и даже шляпу!



Как бы барышня в тельняшке не свалилась с парапета!
Как и вот эта красавица, на персидском ковре.

А как хорош у её подружки наряд алого цвета для отдыха на море.
Ни единого шанса загореть и обвеяться ветерком:



Шелест волн и дамских платьев.
Шляпки, зонтики.
Милые беседы, долгие прогулки.
Очарование и шик Прекрасной Эпохи!

Владимир Набоков, которого ребёнком родители возили на заграничные морские курорты,  запомнил эту живописную картину навеки:

«Вдоль променада, по задней линии пляжа, глядящего в блеск моря, парусиновые стулья были заняты родителями детей, играющих на песке.
Щегольские белые штаны мужчин показались бы сегодня ссевшимися в стирке; дамы же в летний сезон того года носили бланжезевые (телесного цвета - С.) и гри-перлевые (жемчужно-серые – С.) лёгкие манто с шёлковыми отворотами, широкополые шляпы с большими  тульями, густые вышитые белые вуали».

Манто на пляже! Парасоли.
Но так было положено.
Хотя дети преспокойно возились в сыром песке:




А белая вуаль реет на ветру и не даёт прицепиться зловредному загару:



Конечно, сидеть на пляже в чулках, туфлях, корсете, платье и  шляпе - да ещё и с лицом, обмотанным вуалью - было душновато и не очень комфортно.
Однако раз без всего этого никто никогда там не сидел, то ничего – привыкали.
И другого не мыслили.

Зато зрелище пляжа было очень нарядным.
Далее у Набокова:
«И на всём были кружевные оборки – на блузках, рукавах, парасолях (зонтиках –С.).
От морского ветра губы становились солёными; пляж трепетал, как цветник, и безумно быстро через него проносилась залётная бабочка, оранжевая с чёрной каймой».

Бабочка – фирменный росчерк Набокова.

А пляж выглядел примерно так, как на этой искусно колоризованной старинной фотографии.
Только вот господа здесь не в белых штанах (совсем не сезон?).
И парасоли сплошь чёрные.
Если дождик вдруг пойдёт, такие больше подходят :



Ещё один пляж.
И прекрасная дама на солнышке.
Без вуали и кружев!
Времена меняются - моды ещё быстрее:



Барышня с русской борзой (самая модная порода).
Сюда бы из Северянина что-нибудь: «Это было у моря, где ажурная пена»…
Нет, слишком томно.

Вот это?

Я вскочила в Стокгольме на летучую яхту,
На крылатую яхту из берёзы карельской,
Капитан, мой любовник, встал с улыбкой на вахту,
Закружился пропеллер белой ночью апрельской.

Тоже не то - слишком легкомысленно.

Подходит только белая апрельская ночь, которая последует за ослепительно синим днём.



Tags: апрель, водолечение, история повседневности, курортная жизнь, мода, ни о чём, пляж
Subscribe

  • ОНИ И МЫ. ДРУЗЬЯ СЕРЬЁЗНЫХ МУЖЧИН

    Считается, что маленькие собачки чисто женская страсть. Покладистые крохотные существа легко помещаются в сумочке или под мышкой, терпеливо сносят…

  • ОНИ НАСТОЯЩИЕ! образы и прообразы

    "Это собирательный художественный образ!" Разве не так учили нас в школе? Вот что значит "я помню чудное мгновенье"?…

  • СОБАКА ЕСЕНИНА

    Самая знаменитая собака русской литературы - конечно, Муму. Считаю, зря этот сложный рассказ о несвободе человека изучают в 5 классе. Ничего дети…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments