cambria_1919 (cambria_1919) wrote,
cambria_1919
cambria_1919

Category:

ЕГО ИМЯ



Даже самые очевидные вещи («всем известно, что») не так просты, как кажутся.

That which we call a rose by any other name would smell as sweet.
Что Пастернак изящно перевёл как «роза пахнет розой, хоть розой назови её, хоть нет».

Специально именно так цитирую эту популярную фразу, потому что речь пойдёт об иностранном слове.
Которое мне совершенно не нравится.
Тут я буду в разительном меньшинстве.
Пусть.


Вернее, речь будет об имени собственном, что уже серьёзнее названия цветка.
Хотя меняется куда чаще и по желанию кого угодно.

Северная столица имена меняла даже чаще, чем мы себе представляем.

Вот Пушкин знал все имена этого города, хотя слово "Петербург" в творчестве (не в официальных бумагах) использовал крайне редко.
А "Санкт-Петербург" – вообще ни разу (зафиксировано в «Словаре языка Пушкина»).
Не случайно же это!



В самой петербургской - из всех и навегда - поэме «Медном всаднике» эти все имена города фигурируют.
Вот такие:

«Петра творенье» (но это не имя, а констатация факта);
«Град Петров» - уже ближе к существовавшему названию – просто его перевод на русский язык;
подзаголовок «петербургская повесть», единственная прямая связь со словом «Петербург»;
Петроград («над омраченным Петроградом»);
Петрополь («и всплыл Петрополь, как тритон, по пояс в воду погружён").

Последнее имя в списке, оказывается, и было историчсеки самым первым!

Вот как выглядит первое упоминание о Петербурге (содержится в письме главы Посольского приказа Ф.А Головина от 16 июля 1703 год):
«Сей город новостроющийся назван в самый Петров день Петрополь и уже онаго едва не половину состроили…
Из Петрополя».

Так и запомним: Петрополь.
В греческом стиле.

А что половину его за два месяца уже «состроили», так речь идёт о первой крепости на Заячьем острове, заложенной  16 мая.



29  июня 1703 года там же, на острове, освящена закладка первой деревянной церкви Петра и Павла.
От которой практически и пошло имя города.

Потом много лет бытовали самые разные варианты этого имени.
Они звучали и писались как в чисто петровском вкусе, на иноземный лад (Санкт-Петробург, Санкт-Питерсбург),  так и в духе греческом  - Питрепол, Питерпол,  SПетрополис.

Но при Петре Великом чаще всего писали Санкт-Питер-Бурх или Санкт-Питербурх.
И сам царь так его именовал.

Тут слышится его любимый голландский язык.
Его и самого называли приближённые по-голландски ПИтером, а не по-немецки ПЕтером.

Так что свойское название города Питер, которое так выводит из себя снобов («это не Питер, это Санкт-Петербург!!»), имеет вполне законное происхождение.

Даже историкам неясно, когда именно город своё голландское имя поменял на немецкое.

Но почему, раз город поначалу звался по церкви и крепости Петра и Павла, он не стал, например, Петропавловском?
Города с таким именем появились, но позже и не здесь.

Название северной столицы осталось памятником самодурству царя-реформатора. Его вкусам.
Не более.
Безудержному его пристрастию к иноземной речи, которую он сам с русской мешал самым причудливым образом.

Тут ещё важно понять, в чью честь город всё-таки назван – святого Петра, хранящего ключи к раю (современная официальная и церковная версия), или же самого царя?

А ответ есть.
Первая русская газета «Ведомости», которую  Пётр лично редактировал, 4 октября 1703 года опубликовала сообщение, что государь основал в устье Невы крепость «на своё государское имянование прозванием Питербургом обновити указал».

Называть в свою честь город при жизни, быть может, нескромно, но на то и монархи, чтобы скромностью не страдать.
Один Александр Македонский сколько Александрий основал.
На Руси такая практика тоже процветала издревле: Ярославль основан Ярославом Мудрым, Владимир – Владимиром Мономахом, Юрьев-Польский Юрием Долгоруким.
Был и Царёв-Борисов на границе Дикого поля, возникший по приказу Бориса Годунова и не уцелевший, как многие начинания этого способного, но невезучего правителя.

Потому Пётр действовал вполне в духе традиций, но с собственным подвывертом.
И с собственной дерзостью.

Уже в 1704 году он сообщал о том, что должен из поездки «быть в столице Петербурх».
Хотя какая столица -  это был ещё жалкий неуютный городишко.

«Прошло сто лет, и юный град» стал в самом деле прекрасным «парадизом» - имперским раем, который воображал Пётр.
И «Новым Амстердамом» - об этом он тоже мечтал, тем более, что реальный Новый Амстердам давно уже был Нью-Йорком.



Так и был себе город СПб, пока его император Николай II не переименовал в Петроград.

Это случилось 18 (31) августа 1914 года.
Саму идею подали чехи, проживавшие в России.
Раз идёт война с немцами, как может русская  столица немецкое имя носить?
Да и к чему тут немцы вообще?

А слово Петроград взяли у Пушкина.

Переименование вызвало разные толки.
Одним понравилось.
Другие – особенно простонародье – очень легко привыкли к новому имени.
Третьи бурно  возмущались.

Министр путей сообщения С. Рухлов, например,  заметил: «Что это вы, Ваше Величество, Петра Великого поправлять?»
Не слишком-то с Его Величеством церемонились.

Особенно бурлили и негодовали столпы Серебряного века – мирискусники и символисты.
Александр Бенуа считал, что это отход от всемирности к провинциальности (вместо всемирного немецкого какой-то провинциальный русский).

Особенно буйствовала Зинаида Гиппиус.
Она проклинала «славянщину убогую» -  мол, «к «Петрограду» рифм гулящих стадо льнёт, как будто к своему».

Тут она права – к Петербургу какая рифма?  Шлиссельбург? Бранденбург? Альтенбург?
Даже Пушкину нечего было делать с этим несуразным словом.

Однако Блок уже 1 сентября 1914 года писал:
«Петроградское небо мутилось дождём».
Он понял, что есть – и был всегда - Петроград.
Но это же Блок.

«И нам священный град Петра невольным памятником будет» - а это Ахматова в 1919 году так поэтически сформулировала название города. Перевела с немецкого.



Дальнейшее все знают: в 1924 году город стал Ленинградом.

Ленина многие ненавидят, но имя у города вышло непредвиденно красивое.
«Петроград» – это остроугольно, мужественно, стремительно.
«Ленинград» льдинкой тает на языке.

И только в 1991 году великий Собчак затеял новое переименование – «возвращение исторического названия».

Отменил он и решение Съезда советов (1924 г.) насчёт Ленинграда, и Указ императора Николая II (1914 г.) насчёт Петрограда.
Николай такой же невезучий правитель, как Борис Годунов.
Что ни делал, всё прахом  – даже Собчак с ним считаться не пожелал.
И вдобавок от слова Петроград слишком уж веяло жаром революции, которая  - любая! – была тогда главным жупелом.

Референдум 1991 года был, да.
Пришло 65% тогдашних жителей, 54% из них проголосовало за Санкт-Петербург.

То есть не все. И не большинство.

К чему это я?

К тому, что Санкт-Петербург невероятно противное слово.
Пусть и историческое.

Даже апологеты признают, что Пётр был личностью сложной.
Дела творил и прекрасные, и страшные.
И нужные, и преступные.
И нелепые тоже.

Его безудержная страсть к немецко-голландскому языку была как раз такой вот нелепостью.
Как и переодевание армии из сапог в туфельки и из шапок в треуголки.
Как насильственное бритьё бород и насильственное внедрение париков.

Никто теперь не носит треуголок и париков до пупа.
А Санкт-Петербург носят.

Хотя слово некрасиво.
Звучит крайне трудно, грубо и коряво.
СНКТ-ПТРБРГ, СНКТ-ПТРБРГ. По кочкам, по кочкам, в ямку-бух!

Сравниться с ним может разве что Екатеринбург. Тоже в ямку – бух!

Не зря один город в обычной речи просто Питер, второй Ёбург.

И к чему восстановлены эти немецкие названия?
Скажем, династия английский королей, переименованная в 1917 году из Саксен-Кобургов в Виндзоров – по тем же причинам, по каким переименовали Петербург в Петроград -  «исторического имени» возвращать не собирается.
А Романовы Гольштейн-Готторпскими ещё в XVIII веке зваться не пожелали.
Екатерина Великая (пусть по своим причинам) тоже старалась избегать немецкого и часто писала в документах « в град св. Петра».
В Петроград то есть.
Смысл тот же, а звучит куда лучше.

Понимаю, что роза пахнет розой, а город этот невероятно красив, как его ни назови.
Но…



«Над омраченным Петроградом дышал ноябрь осенним хладом».
Как это прекрасно.

А иллюстрации здесь – гравюры Анны Остроумовой-Лебедевой, подзабытой ныне великолепной художницы.













Tags: А.Блок, А.С. Пушкин, Петроград, Санкт-Петербург, имя собственное, переводы, топонимика
Subscribe

  • ПРИНЦЕССА И КЛИСТИР

    Придворная жизнь представляется нам неким нарядным шоу. Да она по сути такой и была. Роскошные наряды, великолепные интерьеры,…

  • УБИЙЦА ЧАЙКОВСКОГО

    «Да, человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус!» Слова эти у Булгакова…

  • УКОЛОЛИ И - ПОШЁЛ ...

    У Сергея Михалкова стихотворение такое есть детское, про прививку и мальчика, который её боится: Почему я встал у стенки? У меня… дрожат…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 35 comments

  • ПРИНЦЕССА И КЛИСТИР

    Придворная жизнь представляется нам неким нарядным шоу. Да она по сути такой и была. Роскошные наряды, великолепные интерьеры,…

  • УБИЙЦА ЧАЙКОВСКОГО

    «Да, человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус!» Слова эти у Булгакова…

  • УКОЛОЛИ И - ПОШЁЛ ...

    У Сергея Михалкова стихотворение такое есть детское, про прививку и мальчика, который её боится: Почему я встал у стенки? У меня… дрожат…