April 4th, 2018

НЕПЕРЕВОДИМАЯ ИГРА СЛОВ

ХХ век в России был литературоцентричен.
Его первая половина - точно.
Все читали запоем, все молодые люди и барышни писали стихи.
Писатели и поэты были популярны так же, как теперь кинозвёзды.
Даже деревня, где грамотных было не так много, произвела на свет удивительный род живой поэтической импровизации - частушку.
Русский язык переживал и перекройку (она никогда не останавливается, пока слово живо), и жадный к себе интерес.

Потому в ходу были всевозможные словесные игры.
Одна из них и теперь известна - "в города".
Но были и другие, для нашего времени сложноватые - шарады, буриме, метаграммы и пр.

Одну из тогдашних популярных игр описала Надежда Тэффи в рассказе 1910 года "Взамен политики".
Семейство отставного капитана заразил этой игрой сын Петька - гимназист-третьеклассник.
Прибежав к обеду, он сходу закричал:
"- Скажите: отчего гимн-азия, а не гимн-африка?"

Вот такая игра - надо не только усмотреть в каком-нибудь слове целых два, но и придумать, каким будет это слово с другими составляющими.

Мать усадила Петьку за стол:

"- Ну, давай тарелку: я тебе котлету положу.
- Отчего кот-лета, а не кошка-зима? - деловито спросил гимназист и подал тарелку.
- Его, верно, сегодня выпороли, - догадался отец.
- Отчего вы-пороли, а не мы-пороли? - запихивая в рот кусок хлеба, бормотал гимназист".

В голове мальчишки слова, разламывающиеся пополам и меняющие лицо, так и прыгали.
"Отчего бело-курый, а не чёрно-петухатый?"
"Отчего пан-талоны, а не хам-купоны?"

Первой новому поветрию поддалась Петькина сестра Соня: "Скажи, отчего говорят д-верь, а не д-сомневайся?"

Отец семейства, не в силах выносить этой чепухи, выгнал Петьку из-за стола как раз перед сладким - миндальным киселём.
Петька, конечно, обиделся - ведь у них весь класс так говорит, все увлеклись.
Он заныл:
"- Я не виноват... Отчего вино-ват, а не пиво-ват?!.."

Придуманное Петькой тут же улучшила сестра:
"- Я могу сказать, отчего я вино-вата, а не пиво-хлопок".

И жилец, снимавший у семейства комнату с обедом, подключился:
"-...Я тоже придумал: отчего живу-зем, а не помер-зем. А? Это, понимаете, по-французски. Живузем. Значит "я вас люблю". Я немножко знаю языки, то есть сколько светскому человеку полагается".

Даже мать начала что-то выдумывать, но у неё не очень получалось.
Зато дочка напридумывала такое: "Отчего обни-мать, а не обни-отец?", "Отчего руб-ашка, а не девяносто девять копеек-ашка?"

Капитан был просто в бешенстве, что его домашние увлеклись такой ерундой.
Однако около полуночи он таки постучался к жильцу и сообщил:
"- Я придумал: отчего чер-нила,а не чер-какой-нибудь другой реки? Нет... у меня как-то иначе...лучше выходило".

Вот такая заразительная игра.

Впрочем, это были не только домашние шутки.
Настала эра авангарда.
Футуристы взялись за слово как за материал, который можно разложить на составляющие и сложить заново, чтобы выстроить новую речь небывалого времени.
И это было уже настоящее искусство.

Напомню очень знаменитое (и очень актуальное) из Маяковского - составную рифму, что по технике вполне соответствует словесной мании Петьки:

Пусть,
оскалясь короной,
вздымает британский лев вой.
Коммуне не быть покорённой.
Левой!
Левой!
Левой!