April 6th, 2018

СЕСТРИЧКИ

сёстры

В старину было занятное обыкновение одевать сестёр, близких по возрасту, одинаково.
Нет, не близнецов. И даже не малышек, когда, возможно, одинаковые платьица всем шились из экономии материй.
Взрослых девушек.

Так что скорее всего сёстры Ларины, Татьяна и Ольга, по торжественным дням являлись в нарядах одного покроя и цвета, хотя в опере их всегда одевают категорически различно.

Как сами девушки относились к такому обычаю?
Как к чему-то привычному и нормальному. А если были дружны, то с большой радостью носили одинаковые наряды.

Две любящие сестрички, датские принцессы Александра и Дагмар, не только в юности щеголяли в одинаковых платьях.
Даже много лет спустя, когда первая стала королевой-консорт Великобритании, а вторая российской императрицей Марией Фёдоровной (это мать последнего императора), эти две взрослые дамы во время семейных визитов одевались во всё абсолютно одинаковое - вплоть до шляпок.
Сохранилось много фотографий, запечатлевших венценосных сестёр в таких "близнецовых" нарядах.

Самые знаменитые одинаково одетые сёстры в литературе - это, конечно, Наташа Ростова и её кузина Соня на знаменитом балу у екатерининского вельможи.
Семья Ростовых выглядела тогда так:

"На графине должно было быть масака бархатное платье (снова это цвет масака, так любимый русскими классиками! - С.), на них двух белые дымковые платья на розовых шёлковых чехлах, с розанами в корсаже. Волоса должны были быть причёсаны a la grecque".

Любопытно, что и в реальности царил именно такой подход к тому, как одеть сестёр.

Е.П Янькова вспоминает о московском сезоне осени 1817 и зимы 1818 года в Москве, особенно весёлом и шумном из-за того, что в Первопрестольную наведалась императорская фамилия:
"В эту зиму много было издержано на бальные наряды. Я для обеих дочерей заранее приготовила хорошенькие платья".

Подготовка к сезону началась ещё летом, в деревне.
О визите императора в Москву семью Яньковых предупредил ближайший сосед по имению Апраксин - богач, хлебосол и ценитель женской красоты.
Мать девиц Яньковых поняла, что времени терять нельзя:
"...я распорядилась: засадила своих швей за пяльцы и для каждой дочери приготовила по два белых платья, серебром шитых по шёлковому тюлю; два платья были вышиты мелкими мушками или горошком серебряною нитью, через ряд матовою и блестящею, а другие два платья с большими букетами по белой дымке, что было очень нарядно, богато и легко".

Деревенские искусницы вышили, разумеется, только заготовки, а сами платья были творением рук московских модисток:
"Когда осенью мы возвратились в Москву, я велела сшить платья и показывала их Апраксину, большому знатоку в дамских туалетах, и он ими восхитился.
- Тюлевые платья, - сказал он, - я посоветовал бы вашим барышням надеть на бал в Благородном собрании, где будет много публики и туалеты не так заметны; а дымковые платья поберегите для моего бала, ежели царская фамилия осчастливит меня своим посещением".

Совет был дельный, и ему последовали.

Балы в Собрании тот сезон были настолько многолюдны, что даже имевшие в Москве собственные дома дворяне должны были записываться на вечер заранее как члены Собрания и получали билеты, а посетительских билетов не было.
Е.П.Янькова свидетельствовала:

"Не помню, который номер билета был у меня в тот год, но у которой-то из моих дочерей был № 1 000 для девиц; поэтому можно себе представить, по скольку персон бывало на больших балах в Благородном собрании".

Именно на таком многолюдном бале Татьяна Ларина, скромно стоявшая в тени колонны, была замечена своим будущим мужем, и решилась её судьба.

Однако был ли шанс у скромных девиц Яньковых блеснуть хотя бы на бале у Апраксина в своих дымковых платьях?
Вряд ли.

Апраксин организовал почти столь же людное, как бал в Собрании, но более пышное увеселение:
"...вся царская фамилия и какие-то принцы иностранные были на этом празднике, а званых гостей было, я думаю, 800 ежели не 1 000 человек.
Ужин был приготовлен в манеже (большом здании без внутренних перегородок, предназначенном для верховой езды - С.), который был для этого вечера весь заставлен растениями и цветами, было несколько клумб, между ними битые дорожки. На возвышении в несколько ступенек приготовлен стол для государя, императрицы, двух великих князей и принцев, а направо и налево, вдоль всего манежа, множество маленьких столов для прочих гостей".

Отец Евгения Онегина "давал три бала ежегодно и разорился наконец".
Но Апраксиным такие разорительные празднества не наносили ощутимого убытка.
Они были очень богаты, и у них в доме даже "был отдельный театр с ложами в несколько ярусов, и когда в Москву приезжала итальянская опера, итальянцы в этом театре и давали свои представления.
все знатные певцы, музыканты и певицы непременно попоют и поиграют у Апраксиных, и много хорошего наслушалась я на своём веку в их доме", - вспоминала Е.П.Янькова.

Но что же её дочки и их столь тщательно подготовленные наряды?
На их долю не досталось ни бального успеха Наташи Ростовой, ни жениха-генерала, как Татьяне Лариной.
Они повеселились от души в тот сезон - и только.