November 28th, 2019

КОРИЧНЕВЫЙ БОЛЬНОЙ БИСМАРК

Запах кофе мне нравится больше, чем вкус.
Сложносочинённый блеск саксофона больше, чем звук.
Название берлинская лазурь - больше, чем сама эта краска, чем этот густой синий цвет.
Смешное было в детстве заблуждение: таким представлялось некое берлинское небо. "Лазурь небесная смеётся" и пр.

На самом деле всё прозаично: берлинский красильщик Дизбах в начале 18 века стал использовать как краску эту соль железа (формулу уж приводить не буду).
Из Берлина яркая синева распространилась повсюду.
Называлась также прусская синь.
Или прусский голубой. Или гамбургская синь.Иногда даже синь парижская (для большего шика).

Всё-таки названия цветов и красок очень были в старину особенно романтичны.
Для каждого оттенка находилось затейливое определение, хотя бывали расцветки, "каким даже названья нельзя было прибрать (до такой степени дошла тонкость вкуса".
Вот нам представляется, что Гоголь сочиняет и иронизирует, описывая чичиковский фрак "наваринского дыму с пламенем".
А ведь это реальный модный цвет 1827 года! Рекомендовался в модных журналах.

Тогда исторические события самым беспардонным образом использовались модниками.
Кроме этого наваринского дыма и был ещё и дым маренго (тёмно-серый советской милиции), был алый огонь Сольферино (красный фуксин сольферино) и пурпурный пламень Мадженто (мадженто).
Мелькнул даже огонь "московского пожара" (эту модную новинку сравнивали с цветом давленой брусники - и то, и другое русское и ныне слабо представляемое).

Наверное, последний в истории цветов огненной стихии - "базарный огонь" 1897 года.
Этот огненный с серовато-желтоватым отливом вошёл в моду после губительного пожара на парижском благотворительном базаре, где было много жертв.
В наши дни, к счастью, такой крик моды показался бы кощунственным. Дым "Хромой лошади"? Невозможно!

Другое дело знаменитые личности, запечатлённые в названиях модных цветов.
Это просто забавно.

Вот коричневый. Этот скромный "цвет бабушек и сестёр милосердия" в 18 веке именовался цветом блохи.
Для него придумывалась масса оттенков: "влюблённая блоха", " весёлая блоха" и пр.
Носить наряды блошиного цвета ничуть не казалось противным. Век громоздких одежд и пудреных париков способствовал увеличению поголовья блох - они донимали представителей всех сословий, включая королей ("Песнь о блохе" у Гёте!)
Тогда вообще шутили солоно - был ведь и цвет гусиного помёта (мердуа). Соответственно зеленовато-коричневый.

В 19 веке кусачие козявки стали считаться неприличными.
Оттенкам коричневого начали давать имена великих мужей.
В частности, почему-то Бисмарка.
Появились "больной Бисмарк", "сердитый Бисмарк", "смеющийся Бисмарк" и пр. Солидно - вместо "весёлой блохи".
Тёмный рыжеватый коричневый получил почему-то название "лорд Байрон".
Некий мавр (уж не Отелло ли?) породил название цвета мордоре. Мордор тут не при чём - maure dore значит "золочёный мавр", а сам цвет тёмно-коричневый с золотым металлическим отливом.

Из дам своего именного цвета удостоилась мадам Помпадур.
"Помпадур" - фарфоровый звонко-розовый (но не кислотного типа!)
Маркиза покровительствовала производству севрского фарфора, где такой розовый был в большом ходу. Розы на чашках, пастушки в розовых юбочках!

С фарфором связан и загадочный цвет селадон - светлый серо-зеленоватый.
Дальневосточная керамика этого красивого цвета в сознании европейцев слилась почему-то с образом Селадона - слащавого пастушка-любовника из пасторалей.
В цвете же селадон ничего слащавого нет. Зато есть подлинная утончённость.

Имеется и другой серо-зелёный - "нильской воды".
Он несколько мутноват и не так нежен, как селадон.
Популярным он сделался уже в 19 веке. Как и серебристо-серый, атласно-холодный "гейнсборо" (красавицы на портретах английского гения часто облачены в сияющие серебристые шелка).

А вот "французский серый ", напротив, тёплый, насыщенный - самый распространённый цвет обоев во Франции 19 века.

И до сих пор людям нравится придумывать занятные названия для оттенков цветов.
Ведь носить платье или красить стены просто синим или просто серым скучно.
А когда это цвет ночного блюза или морского тумана - совсем другое дело!

Некоторые именные названия цветов не такие уж старинные - во всяком случае, не из времён широкого распространения блох.

Вот голубой "алиса".
Он напоминает не об Алисе Льюиса Кэрролла (хотя в мультике Диснея Алиса не случайно отправляется в Страну чудес именно в голубом платьице с фартучком), а об Алисе Рузвельт.
Эта Алиса была старшей дочкой популярного американского президента Теодора Рузвельта (избирался в 1901-9 г.г.), выросшей в светскую львицу. Вокруг неё возникла некая сентиментальная аура. Даже песенку сочинили про "голубое платье моей крошки Алисы".
А папа-президент  стал героем умилительной истории про медвежонка, которого пощадил на охоте.
Этот похвальный поступок совпал с массовым производством плюшевых мишек, которых стали звать, как и президента, Тедди (знаменитый Винни Пух - один из миллионов Тедди). Рузвельт сделал эту игрушку своим талисманом, возил на предвыборные мероприятия и выборы выиграл. Просто какое-то мимими.

А цвет "алиса" всё-таки - какой?
Очень-очень светлый голубой.

И ещё один светло-голубой.
Кажется, самый последний из именных.
В 2016 году Институт цвета Pantone создал и утвердил новый оттенок голубого.
Он назван Nicoll blue ("голубой николл")  в честь дизайнера, "короля блузок" Ричарда Николла, который скончался от сердечного приступа в 2016 году в возрасте 39 лет.
Достаточно дерзкого постмодерниста Николла почтили светлым и сдержанным голубым.
Это чуть ослабленный и затуманенный перванш - цвет барвинка.
Цвет весны.
Красивый памятник - не каждому герою моды такой достаётся.