July 22nd, 2020

О ДИВНЫЙ СТАРЫЙ МИР

Когда я (давно!) взялась за Джейн Остин, за знаменитые "Гордость и предубеждение", то никаких шансов на потрясение не было.
Поздно.
Разве может произвести впечатление довольно заурядная невеста Элизабет Беннет, когда я уже познакомилась с гордой и самоотверженной гувернанткой Джен Эйр?
Не говоря уж о нашей Татьяне Лариной.
Эта своевольница и интеллектуалка - первая героиня первого русского женского романа (парадокс - написанного самым талантливым мужчиной России).
Татьянины странности английским барышням и не снились.

В общем, мисс Остин чаровала изящной иронией и идиллическим чередованием сцен "бал-визит-снова в гости". И только.
А в конце концов все-все поженились.
Всё хорошо.

Но было в романе мисс Остин нечто меня поразившее.

И даже не то, что при описании очередного молодого человека (в женских романах это всегда расплывчатые и не особо интересные фигуры) обязательно указывалось, сколько у него тысяч фунтов годового дохода. На полном серьёзе.
Важная характеристика!
Доход ниже определённой планки - и не быть тебе героем ("я такого не хочу даже вставить в книжку").

Больше всего изумило устройство того утраченного старого мира.
Он сплошь состоял из родственников - разветвлённых семейных кланов и всюду имеющихся братьев, кузин, тёток, двоюродных бабушек и прочей родни.

Всё там совсем не так, как у нас и теперь - когда семьи невелики, когда дети спешат сепарироваться от родителей, а троюродные вообще могут не знать о существовании друг друга.
Ячейки общества всё мельче.
Или уже вовсе не ячейки.
Каждый бредёт своей дорогой, встречая случайных прохожих.

То ли дело в старину!
"Гордость и предубеждение" сразу ошарашивает тем, что перед нами целых пять заневестившихся сестёр Беннет (из которых Элизабет любимица автора).
Это главные героини.
Дальше больше: у каждого из прочих персонажей обязательно тут же обнаруживаются сёстры (почему-то именно сёстры!)
Сёстры есть у всех - у женихов, у соседей, у родственников всех колен. Девицы множатся, как фигуры в зеркальной комнате.

Естественно, такая картина - не случайный взрыв рождаемости в одном поколении . Потому у всех героев полно ещё и тёток, и дядь.
И т.д.

Так - непривычно для нас - тогда выглядел мир.
Где слово "братство" означало самую большую близость, спаянность и верность, а "сестра" - самую большую и бескорыстную нежность.

Ведь всё так и было. На самом деле!
У самой Джейн Остин была любимая сестра и шестеро братьев (а сестёр Бронте было пять - и один брат).

В русской литературе настолько основательно снабдить персонажей роднёй никто не решился.
Скажем, Онегин лишь "наследник всех своих родных" - но этих "всех" мы так и не видим
.
Сёстры всё же в русских романах попадаются - но у русских героинь их не так много, как у Элизабет Беннет.
Чаще сестёр две  или три.
Три сестры, генеральские дочки Епанчины в "Идиоте",  с именами на букву А.
Три сестры Щербацкие в "Анне Карениной".

Конечно, отсюда же и чеховские "Три сестры", тоже генеральские дочки (у самого А.П. была лишь одна сестра - зато трое братьев).

Истинное семейное гнездо было многолюдно!
Беспокойный путник Гоголь - любящий брат четырёх сестёр - проезжая мимо очередной усадьбы, гадал:
"... кто таков помещик, толст ли он, и сыновья ли у него или целых шестеро дочерей с звонким девческим смехом, играми и вечною красавицей меньшею сестрицей"...

Так было.
Но прошло, исчезло, забыто.
В Европе.

Хотя ещё в 1931 году английская детективщица Марджери Аллингем свой очередной роман выпустила с посвящением:
"Моим семерым дядюшкам с отцовской стороны".