cambria_1919 (cambria_1919) wrote,
cambria_1919
cambria_1919

Category:

КАК НАПОЛЕОН КЛЮЧИ ОТ МОСКВЫ ПОЛУЧИЛ

наполеон

Разумеется, никаких ключей, означающих капитуляцию Москвы, Наполеон не дождался, сколько не сидел на Поклонной горе.
Это исторический факт.

Однако приключился с ним в Первопрестольной забавный случай.
Когда большинство москвичей, движимых безотчётным отвращением к захватчикам, покинули город, нашлись ушлые люди, которые и в окончательную победу Наполеона поверили, и выгоду из этого извлечь решили.
Всегда ведь такие сыщутся – в семье не без урода.

Некая ловкая дама по фамилии Загряжская решила своими силами организовать торжественную встречу французского императора.
Она «добыла себе какие-то большие ключи, подговорила кой-кого, встретила Бонапарта при его вступлении в столицу и поднесла ему эти ключи, которые она выдала за кремлёвские.
Жаль, что он не велел примерить: приходились ли они по замкам. Я думаю, сплутовала она и подсунула ему связку ключей от своих амбаров и погребов», - вспоминала Е.П. Янькова (1768 – 1861 г.г.), московская дворянка, сохранившая живые и яркие воспоминания о прошлом, в том числе и о «грозе 1812 года».

Наполеон, вероятно, хорошо понимал, что Загряжская поднесла ему фальшивку.
Однако он принял её благосклонно: слишком мало было русских, встретивших его не то что радостно, а хотя бы терпимо.
Он подарил угодливой даме Кузминки, роскошный загородный дом князя Голицына (князь, подобно большинству, выехал подальше от неприятеля).
Разумеется, Загряжская радостно вселилась в дарёное имение.

«Когда француз вышел из Москвы, она себе и в ус не дует – живёт в Кузминках.
Возвратился Голицын; послал осмотреть туда свой дом; говорят ему: «Там, дескать, живёт новая помещица Загряжская».
Голицын возмутился: «Какая такая Загряжская, я её знать не знаю, велите ей выезжать из моего дома, а то я её по шеям выгнать велю».

Янькова продолжает: «И что ж она? Говорит: «А я знать не хочу Голицына: Кузминки мои, мне их император Наполеон пожаловал».
И не поехала.
Принуждён был князь Сергей Михайлович послать за становым, и только тот втолковал ей, что Бонапарт не имел права дарить ей чужое имение.
И так почти силой и выпроводили».

Поскольку захватчица Кузминок была дама и дворянка, всё-таки обошлись с ней возможно учтиво.
Но таки выселили.

Разумеется, подобных коллаборационисток нашлось немного.
Бывали и совсем иные примеры.
Вот другая дама из воспоминаний Е.П Яньковой:

«Щепотьева, напротив того, оставшись в Москве, можно сказать, дразнила Бонапарта. И как это она ничего не боялась? Она была генеральская дочь, девица – пожилая и богатая, и всё езжала цугом.
Вот как услышит, что мы одержали какую-нибудь победу над неприятелем, и велит заложить карету, а сама разрядится елико возможно… в цветах и перьях».

В таком роскошном выезде Щепотьева передвигалась по Москве, останавливалась на людных площадях и рынках.
Привлекая всеобщее внимание, она из окна кареты выкрикивала новости: «Слышал ты, мы победу одержали? Да, победа, голубчик, разбили такого-то маршала!»
Так и разъезжала по городу, сообщая радостные новости москвичам.
Янькова удивлялась, что её «французы не пришибли и даже не обобрали». Возможно, не понимали по-русски?
К тому же по отношению к даме и дворянке приянто было проявлять учтивость.

Янькова сохранила в памяти и такую любопытную московскую байку про Бонапарта.

«Уверили-де его, что крест на Иване Великом из чистого золота.
Разгорелись глаза у хищника.
Говорит своим маршалам: «Я желаю, чтоб крест с колокольни был снят».
Слово его было законом, все трепетали перед ним».

Собрали маршалы самых смелых французских солдат, самых отчаянных головорезов.
Посмотрели французские молодцы на высоченную колокольню – и все отказались. Каждому жизнь своя дорога. Как маршалы не просят, не приказывают, никто не соглашается лезть на такую высоту.

Доложили про это Бонапарту.
- Хороша, - говорит, - у вас дисциплина! Вас, маршалов, не слушают солдаты… Делайте, что хотите, а чтобы крест был снят, я так хочу.

«Что тут делать – французы не лезут.
Выискался какой-то русский изменник, верно, какой-нибудь пьянчуга. Согласился лезть, выпросил сто рублей: дешева, стало быть, ему его жизнь».

Полез и преблагополучно крест выломал и спустил.
«Стали ковырять крест – оказывается, железный, обит золочёной медью.
Пришёл сам Бонапарт, спрашивает:"Кто снимал крест?".
Показывают изменника…
«Заплатите ему, что следует», - говорит император.
Отдали сто рублей».

Спросил потом император через переводчика, доволен ли смельчак.
Тот ответил, что очень доволен.
Тогда через переводчика Наполеон изменнику и говорит:
«Если бы который из моих солдат полез на колокольню, я похвалил бы его, сказал бы ему, что он храбрец, и щедро наградил бы за такой подвиг.
Но ты – русский, ты сторговался за сто рублей подвергнуть жизнь свою опасности, стало, жизнь тебе не дорога; ты снял крест с своей церкви, чтоб отдать врагу, стало быть, ты изменник.
Я изменников ненавижу и нахожу, что они не достойны жить; готовься умереть, тебя сейчас расстреляют».
И тотчас молодца и расстреляли; и хорошо сделали; поделом вору и мука».
Tags: 1812 год, Е.П Янькова, Москва, Наполеон Бонапарт, коллаборационисты и патриоты
Subscribe

  • ИСТОРИЯ ВРЕДНОЙ ПРИВЫЧКИ курение и другие диковинки ХIХ века

    Всё имеет начало и конец, особенно те человеческие затеи, которые не имеют никакого практического смысла. Мода повальна, но скоротечна. Вещи полезные…

  • ВЫ В АВТОМОБИЛЕ

    Уинстон Черчилль совершал поездку по стране. Однажды его шофёр сбился с дороги (навигаторов тогда не было). Заехал совсем не туда, куда…

  • АЛЕЕ, ЧЕМ РОЗА

    С древности свежий румянец лица был знаком красоты и здоровья. По Далю, румяный – «яркаго, но нежнаго, приятнаго алого…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments