cambria_1919 (cambria_1919) wrote,
cambria_1919
cambria_1919

Categories:

РИФМАЧ ЛЕРМОНТ И СРУЛЬ БУНИН предки и однофамильцы

В 1918-19 г.  классик русской литературы Иван Бунин - ценивший своё дворянство чрезвычайно и  чувствовавший себя "аристократом до кончиков ногтей ног" (так он сам говаривал) - жил в Одессе.
На одной из тамошних улиц его и ждало потрясение.
Он "наткнулся на вывеску "Пекарня Сруля Бунина". Каково!"

Писатель был в шоке:"Род наш значится в шестой книге Государева родословца!"
И вдруг такое...

В старину принято было кичиться древностью своего рода.
При этом поначалу, в Средние века, мало что для этого делалось.
И немудрено: времена были трудные, переменчивые. Человеческая память неверна, а писаных частных семейных хроник никто не имел.
Летописи создавались лишь в монастырях или при крупных княжеских дворах.

Так что понятно, почему первыми устойчивыми фамилиями обзавелись вотчинники - князья  старинных родов.
Они стали прозываться по названию земель и мест, которыми владели: Тверской, Вяземский, Волконский и пр.
Сразу ясно, откуда князь!
То есть они поступали совсем как их европейские собратья, которые к названию своего поместья прибавляли частицу де или фон (что значит "из").

Не то дворяне.
Были они потомственными военными, поместья получали  как плату за службу царю (а за плохую службу могли усадьбы  и лишиться).
Такое жалованное имение переходило по наследству - к сыну, если он тоже служил, или к дочери, если она выходила за дворянина.
Если дворянин погибал без таких наследников, его поместье возвращалось государю.

Потому фамилии дворян не образовывались от названий земель, которыми они владели, и вообще были чрезвычайно переменчивы и текучи.

Правда, к середине 16 века дворянское сословие не только вполне сложилось, но и завело местничество - право занимать должности по степени знатности предков.
В 1555 году составлен официальный "Государев родословец", где  подтверждались наследственные права каждой дворянской семьи (позже он издавался под названием "Бархатная книга").

Вот тут и понадобились генеалогические документы.
Которых практически не было!
Лишь изустные предания, которые не особенно простирались вглубь веков.

Но в Разрядный приказ стали таки поступать от дворян списки предков.
И внезапно возникла странная мода: дворянский предок непременно должен был быть иностранцем, "выехавшим" откуда-то на русскую службу.
Должно быть, по примеру Рюрика?

Конечно, на самом деле большинство этих предков-"иноземцев" были вполне русскими.
Хотя это считалось досадным и неблагородным.
Князь Барятинскй в 1624 году так в челобитной местничал с боярином Наумовым: "Наумовы неродословные и худые люди и истари живали на пашне, а велися они из Резане".
Из Рязани, а не "из немец"! Позор какой-то!
Дворяне Козодавлевы упорно доказывали, что они якобы ливонского рода Кос фон Дален.

Откуда у всех, как под копирку, появлялись в родословных предки-иноземцы?

Вот, пожалуй, самый известный нам боярский, а позже и царский род - Романовы.

Первый из Романовых, фигурирующий в реальных документах ещё во времена Симеона Гордого, звался Андрей Кобыла.
Так по-русски!
Стоит заметить, что в те времена и вполне уважаемые люди получали (и не стеснялись носить) разнообразные и часто забавные прозвища.
Современные исследователи полагают, что этот Кобыла был либо из Новгорода, либо из Переславля.
.
Однако  в позднейшем родословии его "облагородили" и придумали, что Андрей Кобыла "выехал из Пруси" и звался Гланда Камбила (бессмысленно, но звучит как бы на иностранный манер).

О русском происхождениеи Кобылы говорит ещё и то, что вместе с ним служил его родной брат Фёдор Шевляга (т.е. кляча), тоже родоначальник многих знатных родов ( в том числе Грабежевых - и такие дворяне водились).

Такие семейные однородные  (в этом случае "лошадиные") фамилии-прозвища были в большом ходу и отражают своеобразный тогдашний юмор (я уже писала про человека по имени Пирог Оладьев).
Что до Андрея Кобылы, он продолжил семейную юморную традицию: его старшего сына звали Семён Жеребец, а самого младшего - не ирония ли родительская? - Фёдор Кошка.

Фёдор Кошка и стал родоначальником рода Кошкиных-Захарьиных (его сыновья прозывались Александр Беззубец. Фёдор Голтяй - т.е. гулёна - и Михаил Дурной).
Именно от Кошки потом пошли Романовы, Шереметевы и Яковлевы (отец Герцена из этих Яковлевых).

А в 1530 году Анастасия, дочь Романа Юрьевича Кошкина-Захарьина-Юрьева  (видите, как нижутся друг за дружкой всё новые и новые именования в роду?) стала женой Ивана Грозного.

Племянник царицы  Анастасии Романовны, энергичный Фёдор Никитич Захарьин-Юрьев, наконец остановился на знакомой нам фамилии Романовых, отбросив все накопившиеся прочие.
Так он пожелал увековечить имя деда Романа, отца тётки-царицы.
А сын Фёдора Михаил стал первым царём - уже династии Романовых.
Вот так "не сразу всё устроилось".

Однако не все иностранные предки русских дворян были фальшивками.
В конце Смуты, в 1613 году, в русский плен из польского наёмного войска с группой шотландцев и ирландцев попал Джордж Лермонт.
Шотландия переживала смуты, многие её уроженцы искали счастья и богатства на службе монархов по всей Европе.
Джордж Лермонт перешёл на русскую службу, получит поместье и стал Юрием Лермонтовым.
С тех пор в этом - уже русском - роду чередовались имена Юрий и Пётр. Наш великий поэт, сын Юрия Петровича Лермонтова, не стал Петром лишь из-за разлада в семье и противодействия бабушки.

Лермонтов живо интересовался своим происхождением (фамилия ведь явно иностранная!)
Тем более что невероятно популярный тогда Вальтер Скотт воспел  Томаса Рифмача Лермонта  - реальное историческое лицо, знаменитого поэта и прорицателя из Эрсилдауна.

Однако провести серьёзные генеалогические расследования у Лермонтова возможностей не было.
Так что он по созвучию имён воображал свои  предком то шотландца Лермонта, то испанского герцога Лерму.
Последний вариант нравился ему больше, а зря!
Лермонты, от которых происходил поэт, состояли в родстве с его кумиром лордом Байроном!
То-то был бы счастлив это узнать написавший строки:

Нет, я не Байрон, я другой,
Ещё неведомый избранник,
Как он, гонимый миром странник,
Но только с русскою душой!

И это ведь верно не только поэтически, но и буквально. Британский и русский поэты - дальние родственники.

Но кем же приходились друг другу аристократ Иван Бунин и пекарь Бунин?
А никем.

У Буниных тоже предком значится иностранец - "выехавший из Литвы Симеон Бутковский" ( эта фамилия вполне убедительна, не то что Гланда Камбила).
Его потомки позже получили (или изначально имели?) русскую фамилию от слова буня - надменный, гордец.
Она и попала в Бархатную книгу.
И странным образом вполне соответствует нраву первого русского нобелиата.

Но и  одессит Сруль Бунин не был самозванцем, покушавшимся на громкие имена "Государева родословца".
Его фамилия тоже старинная, ашкеназская и происходит от библейского имени Буним (Биньямин). Отсюда же - Бунич, Бунимович.
Налицо случайное совпадение звучаний.

Однако после встречи с вывеской пекаря-однофамильца Иван Бунин, по воспоминаниям тогдашних знакомых, стал реже педалировать своё благородное происхождение.
В Одессе и другие Бунины имелись
Tags: Иван Бунин, Михаил Лермонтов, династия Романовых, именословие, русские фамилии
Subscribe

  • В СВОЁ ВРЕМЯ

    С пространством мы ещё что-то можем сделать – хотя бы переехать в совершенно иное место. Или вернуться туда, где не были много лет. Но вот…

  • ОПЯТЬ ХРЕНОВИНА!

    Кто-нибудь досмотрел до конца «Солнечный удар» Никиты Михалкова? У меня не получилось. Невозможно это. Так я и не увидела, как спалили…

  • ПОЯС НАТАШИ. ВОПРОС ВКУСА

    То, что вчера было модным, сегодня кажется нелепым, смешным - а главное, безвкусным. И так было всегда. Вот знаменитая сцена из пьесы Чехова…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments